Выиграв первое дело — об исключении из СРО за малозначительное нарушение — аудитор рассчитывал получить компенсацию упущенного дохода. Но договоры с заказчиками, исполнению которых, якобы, помешало исключение, признаны сфабрикованными.
Несоразмерная кара
Аудитора М. исключили из СРО за непредставление информации о своей трудовой деятельности для реестра СРО. Сначала, назначив штраф 2 000 рублей, дисциплинарная комиссия обязала аудитора изменить сведения в реестре до предложенного срока. Предписание не выполнено, назначено временное приостановление членства – отведен еще один срок. Затем только аудитора исключили.
После двух кругов рассмотрения дела (на первом иск был отклонен по формальным основаниям) суды признали незаконным исключение аудитора из СРО, поскольку сочли применённую дисциплинарную меру чрезмерной. К тому же, выяснилось, что аудитор пытался представить сведения через личный кабинет, но они отклонялись по техническим причинам; в материалы дела были представлены распечатки из личного кабинета, а штраф был оплачен (кассация Ф05-2092/2024 по делу А40-236025/2023).
Консультировать мог
Затем М. подал отдельный иск — о взыскании 6,2 млн рублей упущенной выгоды. Он утверждал, что из-за исключения лишился возможности исполнять два договора с клиентами, заключённых незадолго до решения СРО. Оба договора предусматривали аудиторские проверки отчётности за 2023-2024 годы. М. также ссылался на прекращение сотрудничества с другими заказчиками, отказы в трудоустройстве и ухудшение профессиональной репутации.
Суд первой инстанции принял эти договоры и документы о прекращении сотрудничества как подтверждение реальной, но упущенной возможности получения дохода.
Однако в апелляции выяснилось, что аудитор не имел права самостоятельно исполнять договоры на аудит – не был зарегистрирован как ИП и не обладал статусом индивидуального аудитора. Следовательно, даже без исключения из СРО М. не мог бы законно самостоятельно выполнить аудиторские проверки по предъявленным договорам.
При этом договоры включали и другие услуги — консультационные, бухгалтерские, юридические. Однако для них членство в СРО не являлось обязательным условием.
«Нарисованные» договоры
К тому же, один из предполагаемых заказчиков отрицал сам факт заключения договора, выдачу гарантийных писем и так далее. Независимых подтверждений начала исполнения договора — переписки по аудиту, рабочих документов, счетов, авансов или передачи бухгалтерской документации — аудитор не представил.
По второму договору апелляция установила отсутствие платежей, подписанных актов и доказательств фактического начала исполнения. К тому же, при выручке «клиента» за 2022 год около 12,2 млн рублей и чистой прибыли 82 тысяч рублей стоимость услуг аудита (свыше 3 млн рублей) вызвала вопросы о реальности исполнения договора на такую сумму.
Кроме того, банк не подтвердил уплату госпошлины 800 рублей, которой М. пытался доказать подготовку к регистрации в качестве ИП – платеж с представленным идентификатором имел иное назначение. Представленная форма Р21001 не содержит доказательств ее подачи в регистрирующий орган. Так что действия М. еще и признаны недобросовестными. Добавим, что уплата госпошлины не всегда обязательна, ведь при подаче заявления на госрегистрацию ИП в электронном виде (в том числе через МФЦ) госпошлина не платится.
Не взяли на работу – не показатель
Не подтверждают размер заявленной упущенной выгоды и представленные истцом сведения о попытках трудоустройства, указал суд. Отказ в приеме на работу не доказывает, что трудовой договор был бы заключен при иных обстоятельствах, и не подтверждает конкретный размер дохода, который мог быть получен М. К тому же, часть представленных вакансий относилась к деятельности, для которой членство в СРО аудиторов обязательным условием не являлось (А40-218500/2025).
